Потому что нет никаких перспектив

Источник:  antikor.com.ua  /  15:57, 28 Июля 2020

Территория краха. Последствия закрытия шахт в «ДНР» и «ЛНР»: «Жрут себя, жрут людей»

Самопровозглашенные «республики» Донбасса медленно, но уверенно превращаются в территорию краха.

Из полностью закрывшихся «республик» до нас доходит лишь информация о пытках и тюрьмах, о чем рассказывают освобожденные во время обмена пленные, профильные специалисты отслеживают созданную военную инфраструктуру, но сути процессов экологической деградации территорий, умирания местной горной промышленности и металлургии толком не понимает никто.

На седьмом году войны многие процессы стали привычными и незаметными – у большинства здешних рабочих семей хотя бы один кормилец обязательно работает где-то в России: на северных шахтах, Липецком металлургическом комбинате, всевозможных российских строительных «шабашках».

В то же время на Енакиевском металлургическом заводе и Алчевском металлургическом комбинате введены квоты на увольнение персонала – не более ста человек в месяц. Речь идет о двух металлургических гигантах, еще работающих в промышленной отрасли «ДНР» и «ЛНР», Донецкий металлургический завод не может вернуться к жизни с прошлой осени, а в этом году ожидается начало волны закрытий шахт, которые еще недавно были градообразующими в Донецке и многих местах Луганской области.

Корреспонденту Радио Свобода о нынешней судьбе шахт Донбасса удалось поговорить с несколькими экспертами – доктором технических наук гидрогеологом Александром Яковлевым, а также специалистами из Донецка и окупированной апм части Луганской области, которые предпочли сохранить анонимность из-за опасений за свою безопасность.

Донецк останется без шахт

В самопровозглашенной «ДНР» горное дело пошло вслед за вооруженным конфликтом и ограничено работой только в рамках территорий, контролируемых местными пророссийскими администрациями. Со временем это станет историческим анекдотом, но с 2015 года процессы закрытия шахт и водоотлива планировали исходя из контура захваченных территорий, игнорируя тот простой факт, что подземные выработки за столетия превратили недра Донбасса в аналог куска швейцарского сыра – тут все взаимосвязано. Политические проблемы плотно переплелись с экологическими: Украина не ведет переговоров с не признанными никем республиками ни по какому вопросу, а в самопровозглашенных образованиях любую проблему используют как рычаг для создания прецедента «прямых переговоров Киева с Луганском и Донецком».

В 2017 году для донецкой части неподконтрольных территорий был разработан план, согласно которому в «ДНР» должно было остаться всего 17 рентабельных на тот момент шахт, а ситуацию с водоотливом и удержанием шахтных вод на безопасной глубине собирались контролировать благодаря установке трех мощных комплексов насосных систем откачки воды.

Разрушенная обстрелами шахта "Бутовка". 7 декабря 2019 года

Разрушенная обстрелами шахта «Бутовка». 7 декабря 2019 года

Реальность уничтожила разработанные на бумаге планы. В первую очередь потому, что Россия не планировала вкладывать огромные деньги в преобразование горной промышленности Донбасса. Шахты закрывались с использованием методов так называемой мокрой консервации: у них просто отключались насосы, а все оборудование, которое можно было порезать и сдать на металлолом, резалось и вывозилось теми людьми, которые могли в данный момент времени «монетизировать» свой контроль над данной шахтой или местностью.

Вместо трех насосных станций к 2020 году появилась только одна – в районе шахты «Полтавская» под Енакиево. Теперь собираются оставить насосы выборочно: по одному для закрываемых шахт Макеевки и Донецка. Таким образом будут пытаться удержать возможное подтопление населенных пунктов под относительным контролем хотя бы в «контуре своих территорий».

Водоотлив не работает, все шахты Центрального горного района Донбасса закрыты и заполняются водой, что неизбежно отзовется на подконтрольной Украине территории в двух еще работающих шахтах Торецка.

Отсутствие денег стало фатальным и для символов горной промышленности Донецка. В «ДНР» готовятся к закрытию двух легендарных глубоких шахт: имени Засядько и имени Скочинского. «Сокращения на шахте идут весь последний год, разговоры тоже идут, что все-таки должны закрыть нас при сохраненной откачке воды, хоть с каким-то штатом. А пока работаем», – так обрисовал ситуацию источник на шахте имени Засядько. 

Обе названные шахты были известны не только многочисленными авариями с большими человеческими жертвами, глубиной стволов и загазованностью. Одновременно – вместе с металлургическим заводом – для Донецка это были практически градообразующие предприятия.

Радиоактивного заражения пока нет

Поводом к мониторингу ситуации на неподконтрольной территории стало громкое сообщение International Human Rights Community – Special Monitoring Mission – группы, видимо, созданной украинскими активистами и не имеющей связей с международными мониторинговыми миссиями, работающими на территории Украины. 9 июля в фейсбуке этой организации появилось сообщение в пять строк о том, что «есть подтвержденные данные о полном затоплении объекта «Кливаж» на 1.03.2020″ и данные замера высокой концентрации радионуклидов на поверхности из проб, взятых из «водоносных горизонтов» почему-то в пяти километрах от шахты. Из этого делали вывод, что «низкорадиоактивная вода уже поступает в питьевые горизонты».

Шахта «Юнком», на которой в 1979 году произвели экспериментальный ядерный взрыв мощностью в 0,3 килотонны и чье бесконтрольное затопление властями «ДНР» – безусловный раздражитель для всех, – самая громкая и скандальная точка на экологической карте Донбасса. Но объект «Кливаж» – образовавшаяся после взрыва стекловидная капсула с жидкими радиоактивными отходами – расположен на глубине 903 метра и, соответственно, был затоплен сразу после отключения насосов в апреле 2018 года, когда за первый год вода в шахте поднялась сразу на 400 метров. Что происходит с радиоактивной капсулой под водой, когда она разрушится естественным образом и куда ее содержимое начнет мигрировать, сейчас никто из специалистов не знает и не понимает. Мониторинга радиоактивного загрязнения нет ни на подконтрольных, ни на неподконтрольных территориях. Не проводят его и в Ростовской области, куда текут воды Северского Донца.

Одна из шахт в Енакиево на неподконтрольной Киеву территории Донбасса

Одна из шахт в Енакиево на неподконтрольной Киеву территории Донбасса

«Были устные разговоры о том, что в «ДНР» будет создана система мониторинга и замеры проб воды в соседних с «Юнкомом» шахтах «Красный Октябрь» и «Полтавская». Даже шел разговор, что наметят пункты мониторинга и по грунтовым водам, но что из этого было сделано, какие есть данные на данный момент – неизвестно. Я звонил достаточно компетентным коллегам в Донецк – они тоже не имели никакой информации. В 2020 году, по их словам, еще «идет процесс утряски», – рассказывает Радио Свобода гидрогеолог Евгений Яковлев.

«Шахта «Юнком» все еще не полностью затоплена, ждать нужно минимум год-два, чтобы грязным водам оттуда оказаться на поверхности, уровни там сейчас на глубине около 200 метров, – рассказывает Яковлев. – Я не так давно делал оценку оставшейся суммарной толщины выработок и горизонтов горных работ незатопленных шахт по Центральному горному району Донбасса. В

среднем, кроме почти полностью затопленных рудников типа имени Изотова, Стахановских, уровень по значительной части шахт еще примерно 200–250 метров до поверхности. Процесс затопления продолжается со средней скоростью под 80 метров в год, и в среднем в течение трех-пяти лет все выйдет на полное затопление горных выработок, и тогда шахтной воде будет некуда растекаться. Только вот тогда она будет быстро выталкивать грунтовые воды, активизируются процессы подтопления и затопления домов и подвалов и другие неприятности».

Центральный горный район Донбасса – это большой массив заброшенных, старых и недавно закрытых шахт и рудников в районах Горловки, Енакиево, Торецка. Этот массив – большая мина замедленного действия, которая сейчас накапливает воду одновременно и в обычных шахтах, и в особенных типа шахты «Юнком» или пропитанной химическими отходами сверху шахты «Александр-Запад».

«Территории Центрального горного района Донбасса, и северное крыло, и южное, соединены ходами между собой. Две полосы выходят на две действующие шахты Торецка (подконтрольная Киеву территория Донбасса. – Прим. РС). Это более серьезная проблема, чем шахта «Золотое», куда выходила вода через шахты «Первомайская», «Голубовская» и «Родина». В случае Торецка для перетока воды гораздо больше шахт. На каких отметках остановят воду, выше сбоек, ниже сбоек – никто не хочет брать во внимание! А система будет одна – это будет стихийное затопление шахт на подконтрольной Украине территории», – говорит Евгений Яковлев.

«ЛНР» избавляется от бастовавших шахт и ждет экологических последствий

Первая настоящая экологическая катастрофа на воюющем Донбассе начнется не в «ДНР», известной своими ртутными рудниками, огромными складами химических отходов и радиоактивной шахтой «Юнком», а в Луганской области. На неподконтрольной Киеву территории области еще в 2014–2015 годах были бесконтрольно закрыты (затоплены) все шахты объединений «Первомайскуголь», «Стахановуголь» и «Донбассантрацит».

Закрытые три шахты шахтоуправления «Первомайскуголь» аккумулировали под землей большие объемы воды, и они еще 2 мая 2018 года прорвались через стоящую на нейтральной полосе между позициями шахту «Родина» в сторону украинской шахты «Золотое», затопив ее в считаные дни. Сейчас шахтные воды откачиваются, без очистки попадают в реку Лугань и дальше в Северский Донец и, разумеется, понемногу поступают в водоносные горизонты. Луганская область отличается от Донецкой тем, что питается водой из подземных водозаборов (в Донецкую идет канал Северский Донец – Донбасс).

Дальше просто – ближайший Попаснянский водозабор находится на подконтрольной Киеву территории, но 90 процентов его воды идет потребителям в «ЛНР». Если водные горизонты затопят грязные шахтные воды, проблему питьевой воды для сотен тысяч людей нужно будет как-то решать. Масштаб проблемы начинают понимать все, поэтому неформальные контакты с экспертами «на той стороне» через западные благотворительные фонды уже сейчас происходят как раз по экологическим проблемам «ЛНР», а не «ДНР».

«Знаете, у нас кроме «Первомайскугля» есть проблемы из-за закрытия шахт «Стахановугля» – питьевые горизонты загрязняются, наземные водные ресурсы высыхают. Местные пруды ведь поддерживал еще и водоотлив из шахт, кое-где эти искусственные озера сейчас просто уходят вниз, в пустоты, – рассказывает Радио Свобода источник на неподконтрольной территории Луганской области. – Ситуация настолько очевидная, что стали публично по телевизору обещать восстановить водоотлив, но это невозможно: насосы либо утонули, либо те, что были на поверхности, разворованы и порезаны на металлолом. Нас всех тут кормят в основном словами».

Кроме старых проблем с закрытыми шахтами грядут новые. Перевод в «ЛНР» «раскулаченных» зарегистрированным в Южной Осетии ЗАО «Внешторгсервис» (ВТС) шахт под контроль местного «госпредприятия» «Востокуголь» оказался своеобразной ловушкой. «Востокуголь» собираются обанкротить, чтобы забыть о долгах ВТС.

«Угольное предприятие нуждается в постоянной подпитке деньгами – на монтаж новых комплексов, поставку нового оборудования, ремонт старого, – поясняет горный инженер из города Красный Луч. – Нынешние хозяева края выпотрошили за эти 6 лет шахты по максимуму до того состояния, когда уже нужно снова обновлять шахтопроходческие комплексы, рубить новые лавы… Вместо этого они принимают решение сделать эти шахты неликвидными, затопить и забыть о них. Продолжать разрабатывать собираются оставшиеся несколько высоколиквидных производств – «Краснодонуголь», шахту «Комсомолец Донбасса». Это предприятия, встроенные в схемы Сергея Курченко и, как тут все говорят, в поставки угля через Россию на Украину».

В «ЛНР» в 2020 году собираются начать ликвидацию в первую очередь бастовавших в мае-июне шахт – «Никанор-Новая» и «Комсомольская».

«Из-за того, что нараставшие шахтерские протесты получили широкую огласку, особенно в российской прессе, многие тут получили по шапке. Власти под предлогом нерентабельности, реконструкции, чего угодно собрались закрывать именно их. Вопрос, закроют ли вместе с шахтерами. Финансирование из России очень шаткое, ввязываться в реанимацию предприятий на фоне возможных новых протестов никто не хочет».

«Они жрут сами себя, жрут людей, которые пачками увольняются, потому что нет никаких перспектив, – рассказывает о настроениях в шахтерской среде собеседник из города Антрацит. – Если раньше, в 2014 году люди возвращались, потому что тут есть хоть какие-то дома-квартиры, то сейчас это жилье многие готовы не то что продавать, а просто оставлять – пусть будет как оно будет! Все, кто имеет образование и профессию, прут в основном в Россию, где пользуются достаточно серьезным спросом: наши люди трудолюбивы и для них те деньги, которые сейчас платят в РФ, кажутся на фоне наших реалий очень существенными. Еще лет пять такого планомерного выжигания – и не останется никакого смысла ни в каких мирных переговорах, на этой земле не останется ничего: ни людей, ни земли».

Проблема исчезающей угольной промышленности Донбасса касается не только экологии. Целые города теряют смысл своего существования, деградирует большая территория, откуда массово выезжает трудоспособное молодое население. Здесь уже не может быть бунта, здесь скоро останутся одни пенсионеры и женщины с детьми в ожидании вызова от своих кормильцев. Возможно, именно так в головах местных «администраторов» и выглядит настоящее умиротворение региона.

Автор: Дмитрий Кириллов; Радио Свобода

Наверх